Аннотация
Введение. Биоревитализация представляет собой современный метод инъекционной косметологии, направленный на коррекцию возрастных изменений кожи за счет введения гиалуроновой кислоты (ГК) и дополнительных биологически активных компонентов. Гиалуроновый гель для микроимплантации и мезотерапии, содержащий трегалозу, отличается от классических биоревитализантов своим комплексным действием, направленным не только на увлажнение кожи, но и на стимуляцию ее регенеративных процессов. Целью настоящей работы было исследование особенностей молекулярных механизмов биоревитализации кожи при действии трегалоза-содержащего геля. Материал и методы. С помощью иммуногистохимического метода, обеспечивающего высокую избирательность в выявлении и локализации молекул с антигенными свойствами в тканях, определяли экспрессию биомаркеров Aquaporin 3, NF-κB, PINK1, Parkin в биоптатах кожи пациентов до и после лечения. Результаты. Сочетание ГК и трегалозы продемонстрировало комплексное воздействие препарата с проявлением молекулярно-биологических эффектов: увлажнение кожи без риска гипергидратации, стимуляцию митофагии и метаболической активности, умеренную регуляцию воспаления, что в целом способствует физиологически адекватной эффективной биоревитализации. Заключение. Инъекции геля на основе гиалуроновой кислоты и трегалозы способствуют снижению плотного коллагена I типа и экспрессии Аквапорина 3, что увеличивает гидрофильность дермального матрикса. Исследования показали, что после лечения усиливается метаболическая активность митохондрий. Гистологические и иммуногистохимические данные подтвердили, что комбинация таких компонентов активируют регенерацию, улучшают увлажненность кожи и снижают воспаление, что способствует успешной биоревитализации
Ключевые слова
Авторы и аффилиации
Т.С. Зубарева(1, 2), Ю.С. Крылова(1, 3), А.С. Панфилова(1, 2), И.М. Кветной(1, 2), С.Г. Грачева(4),
Ю.И. Белова(1, 2), А.И. Федорина(1, 2), М.М. Трухачев(5), Ю.А. Родина(6)
1-ФГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт фтизиопульмонологии»
Минздрава РФ, Российская Федерация, 191036, Санкт-Петербург, Лиговский пр-т, д. 2–4;
2-АНО НИЦ «Санкт-Петербургский институт биорегуляции и геронтологии», Российская Федерация, 197110, Санкт-Петербург, пр. Динамо, д. 3; 3-ФГБОУ ВО ПСПБГМУ им. И.П. Павлова
Минздрава России, Российская Федерация, 197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6–8;
4-ООО «Клиника скульптуры лица», Российская Федерация, 196066, Санкт-Петербург,
Московский проспект, дом 183–185, лит А; 5-Центр эстетики Primae, Российская Федерация,
125466, Москва, ул. Родионовская д. 12; 6-АО «Институт пластической хирургии и косметологии»,
Российская Федерация, 105066, Москва, ул. Ольховская, д. 27
Литература
Marinho A., Nunes C., Reis S. Hyaluronic acid: a key ingredient in the therapy of inflammation. Biomolecules. 2021; 11 (10): 1518. DOI:10.3390/biom11101518
Jin J. et al. Trehalose promotes functional recovery of keratinocytes under oxidative stress and wound healing via ATG5/ATG7. Burns. 2023; 49 (6): 1382–91. DOI:10.1016/j.burns.2022.11.014
Boury-Jamot M., Daraspe J., Bonté F., Perrier E., Schnebert S., Dumas M., Verbavatz J.M. Skin aquaporins: function in hydration, wound healing, and skin epidermis homeostasis. Aquaporins. 2009; 205–17. DOI:10.1007/978-3-540-79885-9_10
Eiyama A., Okamoto K. PINK1/Parkin-mediated mitophagy in mammalian cells. Current opinion in cell biology. 2015; 33: 95–101. DOI: 10.1016/j.ceb.2015.01.002
Hosseinpour-Moghaddam K., Caraglia M., Sahebkar A. Autophagy induction by trehalose: Molecular mechanisms and therapeutic impacts. J. of cellular physiology. 2018; 233 (9): 6524–43. DOI:10.1002/jcp.26583
Chmielewski R., Lesiak A. Mitigating Glycation and Oxidative Stress in Aesthetic Medicine: Hyaluronic Acid and Trehalose Synergy for Anti-AGEs Action in Skin Aging Treatment. Clinical, Cosmetic and Investigational Dermatology. 2024; 2701–12. DOI: 10.2147/CCID.S476362
Franz S. et al. Overexpression of S100A9 in obesity impairs macrophage differentiation via TLR4-NFkB-signaling worsening inflammation and wound healing. Theranostics. 2022; 12 (4): 1659. DOI:10.7150/thno.67174
Chou Y. et al. Progress in the development of stem cell-derived cell-free therapies for skin aging. Clinical, Cosmetic and Investigational Dermatology. 2023; 3383–406. DOI: 10.2147/CCID.S434439
Bollag W. B. et al. Aquaporin-3 in the epidermis: more than skin deep. American J. of Physiology-Cell Physiology. 2020; 318 (6): 1144–53. DOI: 10.1152/ajpcell.00075.2020
Yan Z. J. et al. Artificial aquaporin that restores wound healing of impaired cells. J. of the American Chemical Society. 2020; 142 (37): 15638–43. DOI: 10.1021/jacs.0c00601
Osman S. PINK spots: Diseased mitochondria prepare for mitophagy.Nature Structural & Molecular Biology. 2022; 29 (2): 82. DOI: 10.1038/s41594-022-00733-7
. Han H. et al. PINK 1 phosphorylates Drp1S616 to regulate mitophagy-independent mitochondrial dynamics. EMBO reports. 2020; 21 (8): e48686. DOI: 10.15252/embr.201948686
Koyano F. et al. Ubiquitin is phosphorylated by PINK1 to activate parkin. Nature. 2014; 510 (7503): 162–6. DOI: 10.1038/nature13392.